Авторизация все шаблоны для dle на сайте newtemplates.ru скачать
 
  • 12:04 – Эксперты рассказали об ошибках владельцев карт рассрочки 
  • 11:49 – "Средневековая ордынская практика". Почему пора отменять взаимные санкции ЕС и России 
  • 02:40 – Какая пошлина! Почему Евросоюз идет на уступки США по торговым вопросам 
  • 19:19 – Прибалтика останется без денег? Как российский порт нацелен забрать все грузы 

Рыжая бестия, Тихоня, Альфач и Опора: кто и как решал судьбу постсоветской России

  • 13.12.2017, 16:04,
  • Спорт
  • 0
Экономические реформы 90-х - результат ожесточенных и широких споров. Будущие "младореформаторы" на собраниях и квартирниках обсуждали либерализацию экономики задолго до того, как люди впервые услышали пресловутые экономические термины, а принципы постсоветского устройства - задолго до начала распада СССР, рассказывает Ruposters.
Самые известные члены кабинетов министров 90-х и 2000-х вышли из тех самых кружков Чубайса и Гайдара. Ruposters вспомнил историю знаменитой "Змеиной горки" и рассказал, что стало с ее членами спустя 30 лет.
В начале 80-х в стране получили поддержку ставшие в известной степени новинкой для политической элиты того времени дискуссионные клубы. Сейчас подобными мероприятиями никого не удивишь — тут тебе и Петербургский экономический форум, и "Валдай". Тогда же это считалось изрядным послаблением, попыткой синтеза научного сообщества и обновляющегося поколения номенклатуры.
Первыми такими дискуссионными клубами в Москве были собрание "неформальных экономистов" "Синтез" и "Этап", которые организовали на территории Дома культуры завода "Красный октябрь". Власти города не были к этому готовы, предпринимались попытки разогнать сборище ученых, выступавших с открытой критикой советского строя. Но все обошлось, на заседаниях лишь присутствовали представители властей. Кажется, разрешительная директива пришла из ЦК.

К 1987 году по всей стране открылось больше 3000 "любительских" объединений, насчитывавших 120 000 членов. Это были площадки самого разного толка — от объединений автомобилистов до движений за сохранение памяти о жертвах политических репрессий (из одного такого в будущем вырастет известное движение "Мемориал").
Стоит уточнить, что большинство из них было санкционировано властями, и в известном смысле многие были "травоядными", провозглашая своей целью защиту природы, культуры или морали. Политических, жестких в критике и готовых чуть ли не воевать с системой кружков было мало.
Фактически всего три — "московский", "ленинградский" и "новосибирский". Первый сформировался при Институте системных исследований при Академии наук. Руководил институтом Джармен Гвишиани, близкий родственник премьер-министра СССР Алексея Косыгина.
ИСИ должен был стать аналогом Rand Corporation, американского информационно-исследовательского центра — структуры, которая финансировалась бы государством и при этом жестко это государство критиковала — в секретных отчетах, естественно.
В ИСИ начали свой путь многие известные политические и научные деятели, среди которых можно отметить Петра Авена (первого министра экономических связей РФ), Вячеслава Широнина (директора ЦПИ СПбГЭУ), Олега Ананьина (ушел в науку), Егора Гайдара (и.о. председателя правительства).

В Ленинграде ситуация была тяжелее. Похожей деятельностью пытался заниматься совет молодых ученых Ленинградского Инженерно-экономического института. Лидеры кружка Анатолий Чубайс и Сергей Васильев сталкивались, как они сами говорят, с "жестоким прессингом" со стороны КГБ. Нападки на них прекратились, как только Чубайс вышел на Гайдара.
Это в Москве были товарищи. А в Питере такое было экономическое захолустье, никаких там товарищей — полная глушь <…> чтобы добавить к нам троим четвертого, мне потребовалось полгода. Из четырех сделать пятерых — еще полгода, — рассказывал Анатолий Чубайс о том, как собирал единомышленников.
Интересно посмотреть, как появилась первая "питерская группа". По словам самого Чубайса, свой кружок он собрал в октябре 1979 года в совхозе Бокситогорский. Трое молодых научных сотрудников из двух учебных заведений встретились и за перекапыванием картошки разговорились о проблемах всесоюзного масштаба. Договорились встретиться и еще пообсуждать. А потом еще и еще. Это были Чубайс, Глазков и Ярмагаев.
Через год они уже организовывали семинары, делали доклады, но все — внутри кружка. По счастью, собирались они уже не на кухнях, а в аудиториях ЛИЭИ. К Чубайсу присоединился Сергей Игнатьев, еще позже — Алексей Кудрин. К концу 81-го года у Чубайса сложилась четкая система поиска и отбора единомышленников, своеобразного "просеивания" студентов: экономический факультет ЛГУ, ФИНЭК, Институт советской торговли и некоторые другие.
Конечно, боялись [устанавливать новые связи, в том числе в других городах]. У нас был один член сообщества, которого я лично выкинул, получив сведения, что он стучит в КГБ, — очень известный политический деятель современности, — пояснял Анатолий Чубайс.
В Новосибирске свой кружок появился уже в середине 80-х, в него входили студенты и аспиранты-социологи. Самые известные имена: Симон Кордонский, впоследствии возглавлявший Экспертное управление Администрации президента, и Сергей Павленко, будущий руководитель Росфиннадзора, руководитель Центра экономических реформ при правительстве.


  • Комментируют
  • Сегодня
  • Читаемое